Только спустя неделю к овину подъехал на грузовике Паэгле и сказал, что Лейнасар, Вилис и Тирлаук немедленно должны уехать с ним.
— Слава богу!—воскликнул Тирлаук.— Еще два дня, и я тут же в овине повесился бы.
Иначе к этой новости отнесся хозяин.
— Как же это так? В самую страду? Да разве мы не могли хоть недельку еще поработать, сделали бы самое необходимое? — пищал он.
— Приказ Доктора, я тут ничего не могу поделать,— оправдывался Паэгле.
— Но, может быть, Доктор согласился бы? Надо было поговорить.
— Приказ есть приказ, тут и говорить нечего,—отрубил Паэгле.
Будучи кавалером ордена Лачплесиса с двадцатого года, хозяин еще помнил дисциплину и примирился.
Паэгле только разрешил им помыться и отряхнуть с одежды пыль.
—- Куда мы едем?—-спросил Лейнасар, влезая в машину.
— В Гриниеки,— ответил Паэгле.
7
Гриниеки находились километрах в пятнадцати южнее Вентспилса. На седьмом километре грузовик, на котором везли Лейнасара – Вилиса и Тирлаука, ждала легковая машина. Когда они подъехали! к ней почти вплотную, она тоже двинулась вперед.
— Что это за колымага? Не фрицевская ли ловушка? — спросил Лейнасар.
— Ничего подобного. Это штабная машина Доктора. Тут начинается наша зона,— объяснил – Паэгле.
— Какая это наша зона?
— С этого места берег охраняют ребята Себриса. Что это за ребята Себриса, Лейнасар еще не понимал, но раз речь шла о «нашей зоне», стало быть, все, наверно, в порядке.
На одном перекрестке томилась бездельем группа молодых парней в потрепанных немецких мундирах. Когда машины приблизились, один на них повелительно поднял руку, но, заглянув в легковую машину, кивнул, чтобы ехали дальше» и даже приложил руку к шапке.

Оставить комментарий или два