Весь! Разве там зенитки! Ты что, жену ищешь? Сиксдорф! Сиксдорф! Налево взгляни, за этой купой! Если там что шевелится, бей! Все выпустил! Нет, нет, назад!
Выше! Живо, вниз, на бреющем! Опять готов! Жаль, что тебе вчера, перед смертью, гауптвахты не дал! Денной!
Домой, идиоты!
Вилис швырнул наушники. Со лба текли крупные, тяжелые капли пота. Не сказав ни слова, он встал, вышел в сад и, ничего не чувствуя, принялся грызть кислое яблоко. ^ Лейнасар вылез из печи только к обеду, весь – в пепле и саже, но он сргрелся и был готов опять идти на берег:
ждать лодки. Шторм усиливался, и дождаться лодки не было никакой надежды. Швеция молчала. Но ВИЛИС Й Лейнасар снова пошли на берег. Дежурным на ночь Гинтер назначил Тирлаука. Тот пришел, посмотрел на море, передернулся и ушел.
— Батарейку хотя бы оставь! — крикнул ему вслед Лейнасар. I Тирлаук обернулся:
— Нечего зря дурачиться. Шведы в такую погоду не поедут. Батарейка стоит денег:
Только когда у Лейнасара от холода опять застучали зубы, он, не дождавшиеь утра, вернулся в дом лесника.
На третий день —18 сентября — шторм утих, но все еще дул довольно сильный ветер. Лейнаеар решил вечером на берег не ходить. Вилис не стерпел и пошел.
Лейнасар уже спал, когда после полуночи примчался Вилис.
— Катер! Живо! — закричал он, задыхаясь, едва переступив порог.
— В самом деле?! — Лейнасар вскочил. К счастью, он спал одетым. Схватил на ходу портативный радиоприемник и кинулся вон.
— Какой катер, шведский?—спросил он на бегу.
— Нет, наш. Паул Калнинь нанял за золотые часы и две горсти Клариных драгоценностей. Будет шикарная компания.
— Не полон ли уже?
— Нет. Сегодня после обеда только договорились.